Previous Entry Share
Принцип Абрамовича: Талант делать деньги (глава из книги)
wardenburgtaty wrote in abramovichroma1
Принцип Абрамовича: Талант делать деньги (глава из книги)


Конформист
Вот уже три президента сменили друг друга, а Роман Абрамович все так же при своих капиталах и без видимых проблем с законом. Само собой, нельзя списывать со счетов преемственность нашей власти, однако не все крупные бизнесмены выдержали даже часть этого нескончаемого марафона.

Одной из основных причин восхождения Абрамовича принято считать его «правильное» отношение с властями предержащими. Вначале это был Ельцин и его окружение, при котором приближенные олигархи могли позволить себе все или почти все, имея возможность даже выбирать удобных себе министров и чиновников.

В ту пору главным для Абрамовича было войти в окружение президента и утвердиться. Потом был Путин и его команда. Кремлевские правила несколько изменились по сравнению с эпохой больного Ельцина, но и Абрамович вовремя согласился с переменами, за что был высоко оценен. В период Медведева все пока без изменений, правила игры остались прежними, при этом Абрамовича уже связывает с Россией все меньше проектов и дел.

Даже глобальные смены настроения во власти ему теперь не столь страшны, как это было еще несколько лет назад, ведь запасной аэродром уже подготовлен. Мало того, по некоторым признакам можно полагать, что Абрамович желает скинуть с себя груз «олигарха, наименее равноудаленного от власти», и начать относительно свободную жизнь.

Толерантность и угодливость — это совершенно разные вещи
Вертикальный взлет Абрамовича по карьерной лестнице начался со знакомства его с Березовским в 1995 году. Последний в то время был близок к ельцинскому окружению, в котором особая роль отводилась младшей дочери президента Татьяне Дьяченко и главе президентской администрации Валентину Юмашеву (в свое время написал «Записки президента» Бориса Ельцина, и это сблизило их настолько, что он стал Борису Николаевичу почти сыном). На тот момент им приписывались почти безграничные возможности в политике.

Березовский же наряду с другими олигархами имел тогда некоторое влияние на окружение президента. В конце концов, ведь именно олигархи и привели Ельцина на второй срок президентства, за что требовали поощрений и часто их получали.

Вообще же справедливости ради стоит вспомнить, что Борис Ельцин был принципиальным человеком в отношении денег. Даже когда многие его влиятельные министры, уже не стесняясь, выставляли напоказ свои незаконно нажитые дикой приватизацией сокровища, Борис Николаевич все еще продолжал жить на честно заработанное и считать каждую сотню долларов.

По причине вечной занятости и неумения запомнить и осуществить все задуманные дела в один прекрасный день Березовский допустил большую ошибку: познакомил Дьяченко и Юмашева со своим младшим партнером Абрамовичем, которому в то время безоговорочно доверял и на которого спихивал все «рутинные» дела.

Одним из таких дел стало обеспечение безопасности Юмашева, когда ему начали звонить и угрожать, и он не на шутку испугался за свою жизнь. Собственно, для Абрамовича не было невыполнимых задач, и он тут же принялся за дело, нашел Юмашеву бронированную машину, приставил солидную охрану.

Юмашев по достоинству оценил тогда старания молодого Романа, и то был первый жирный плюс, поставленный им Абрамовичу.

Абрамович тогда уже получил в свое распоряжение «Сибнефть», и в его руках были солидные денежные поступления, позволявшие обеспечивать своих новых покровителей всем необходимым в повседневной жизни, в том числе и недвижимостью. Бесспорно, эти люди нужны были Абрамовичу для его дальнейшей деятельности, направленной на пополнение своего благосостояния, нужны был их связи и влияние.

Удивительно, что при любом раскладе он был мастером устанавливать, наряду с партнерскими, и простые человеческие отношения. В итоге Абрамович, Юмашев и Дьяченко реально подружились, ездили друг к другу в гости, на дачу, на шашлыки.
Произошло это плавно, постепенно, шаг за шагом. Дружба оказалась судьбоносной.

Многое в жизни упрощается, если иметь с нужными людьми простые человеческие отношения
Уже к 1998 году Абрамович настолько уверенно почувствовал себя во властной тусовке, что решил постепенно избавляться от влияния старшего партнера Березовского.

Не исключено, что к тому времени Дьяченко и Юмашеву приходила в голову мысль, зачем им нужен вечно суетящийся, скандальный Березовский, когда есть организованный, все всегда успевающий Абрамович? К тому же он лишен тщеславия, чем выгодно отличается от Березовского.

Со всеми интересующими Дьяченко и Юмашева делами Роман Аркадьевич справлялся прекрасно, и при этом он был гораздо более надежен, а Березовский — сварлив и многое о себе мнил, имел привычку одновременно гнаться за десятью зайцами. А еще Абрамович отлично разбирался в финансах, знал, куда правильно вложить деньги, чтобы они работали. Березовский так не мог, у него был талант иного рода.

К тому моменту Абрамовичу удалось построить финансовую схему, при которой все экспортные потоки «Сибнефти» замыкались на одной компании — Runicom, что позволяло экономить на налогах и вообще обеспечить стабильные большие денежные поступления.

Конечно, все это было бы невозможно без дружбы Абрамовича с фактическими правителями, но и свои секреты у него имелись. Он знал подход к людям, надо было просто уметь предугадывать их желания.

«Рома — блестящий психолог и обладает фантастическим умением просчитать, что именно в данный момент времени требуется руководящему лицу, — рассказывал один его хороший знакомый. — Если начальник проснется в три часа ночи от сильной жажды, то в три часа две минуты Абрамович будет стоять у двери со стаканом воды!»

А еще Абрамович становился все ближе к Кремлю. Все персоны, так или иначе влияющие на деятельность «Сибнефти» — министр путей сообщения, министр топлива и энергетики, министр природных ресурсов и прочие и прочие, — становились «своими» людьми. По одной из версий, к 1999 году Абрамович даже негласно занимался подбором будущих министров и высоких чинов, настолько все верили в его аналитические способности.

Вообще же талант Абрамовича выстраивать простые дружеские отношения даже, казалось бы, в самых сложных случаях сыграл значимую роль в его карьере. Абрамович умел и умеет самые сложные и невообразимо запутанные дела решить просто и ко всеобщему довольству. Где надо, он умеет хорошо поделиться, где надо — промолчать.

По некоторым данным, Абрамович до сих пор продолжает встречаться с Юмашевым и его женой Татьяной Дьяченко, которые, кстати, перебрались в Лондон. И никто ни к кому не имеет никаких претензий, несмотря на бурное общее прошлое.

Еще одна особенность Романа Аркадьевича, которая, несомненно, помогала ему и о которой будет сказано еще немало слов, заключается в том, что он никогда не пытался лезть в политику, в смысле «поруководить страной». Политика интересовала его лишь как средство достижения благосостояния, и не больше.

Впрочем, попав тогда, в конце 90-х, в известное окружение, в водоворот политических интриг, Абрамович не мог пройти совсем уж мимо и занимался политическими вопросами постольку, поскольку этого требовали дела и просьбы его товарищей, полагающихся на мнение Романа.

Учитесь предугадывать, что на данный момент нужно тому или иному человеку, и вам воздастся
Отношения олигархов и власти в новой России развивались примерно по следующему сценарию. В период первоначального накопления капитала, то есть в начале 1990-х годов, в эпоху «дележки», будущие олигархи вели себя скромно и тихо, ходили вокруг высшего чиновничества буквально на цыпочках.

Впоследствии, разбогатев, некоторые пошли в разнос.

Согласно одной из легенд, медиамагнат Владимир Гусинский в 1999 году заявлял в то время еще премьеру Путину: «Ты никто, но я могу тебя сделать всем!»

А Березовский громогласно утверждал, что управлять страной должен состоящий из бизнесменов «совет корпорации России», а также позволял себе открыто говорить, что будет править вместе с Путиным.

Как оказалось впоследствии, недолго им оставалось находиться в России с такими взглядами. Если бы у Абрамовича тогда тоже «поехала крыша» от успеха и денег и он начал бы себя вести дерзко, как некоторые его коллеги, при новой власти он бы не удержался на плаву. Но никакие богатства никогда не лишали Абрамовича трезвости мысли, он всегда четко осознавал свое место и знал, что ему позволено, а что нет. Не исключено также, что он предвидел, как с переменой власти несколько поменяются и правила.

Роману суждено было стать олигархом «наименее равноудаленным» от власти, и это даровало большие возможности и позволило многого достичь.

Получилось так, что «Сибнефть» стала только началом большого пути, в конце которого были десятки миллиардов долларов. Воистину скромность красит человека.

Роман Аркадьевич вообще предпочитал, чтобы о нем никто не знал и разговоров было поменьше. Его имя всплыло в прессе в первый раз только в 1998 году, когда обиженный экс-глава службы охраны президента Коржаков заявил прессе, что Абрамович, а не Березовский является казначеем «семьи».

Тогда для публикации не нашлось ни единой фотографии Романа Аркадьевича, и журналисты еще долго удивлялись, как ему удавалось так долго скрываться от их глаз. Правда, с тех пор камеры следовали за ним неотступно, освещая каждый шаг.

Кстати, начав участвовать во многих компаниях и скупать доли в них, Абрамович всегда обходил стороной рынок СМИ. Как показало время, это было грамотное решение. Сознательно ли он так поступал или нет, но многие его коллеги, имеющие влияние на телевидение или на общероссийскую прессу, оказались изгнанными: в их руках были сильные инструменты формирования общественного мнения, и они не смогли выдержать искушения использовать эти инструменты в своих интересах.

Однако позже, уже после изгнания Березовского из России, Абрамович все-таки окажется втянутым и в медийный бизнес, но не в качестве его владельца, а в качестве откупщика. Речь идет о вытягивании из Березовского его 49% акций ОРТ. Но об этом ниже.

Скромность красит человека. Надо осознавать свое место, знать, что в вашем положении позволено, а что нет
С Путиным Абрамович был знаком еще до того, как тот стал президентом, и в свое время здорово его поддержал в качестве ельцинского преемника, поэтому и выстроить отношения с новым президентом не представлялось делом архисложным.

Еще во время пребывания в премьерском кресле Путин был завсегдатаем дачи шефа «Сибнефти», где в постоянных гостях числились, разумеется, и Юмашев с Дьяченко.

Мало того, по некоторым сведениям, Абрамович и Березовский активно способствовали приходу к власти президента Путина, ведь в то время за Березовским было такое мощное средство воздействия, как первая кнопка федерального телеканала (ОРТ, сегодня — «Первый канал»). Это средство, как мы помним, широко использовалось и для второго президентского срока Ельцина.

Кроме того, известно, что Абрамович организовал и финансировал партию «Единство», которая одержала на выборах в Думу убедительную победу.

Однако если Березовский был уверен в своей непоколебимости и всемогуществе, то Абрамович вел себя с Владимиром Владимировичем предельно корректно и подчеркнуто делал лишь то, что требовалось.

Затем, когда Путин объявил о «равноудалении олигархов и власти», Абрамович стал держаться поодаль, и это не стало для него проблемой. На высокие посты он никогда и не претендовал, установить в России какой-либо строй в его планы не входило, ему хотелось лишь оставаться при своих деньгах.

Поэтому Абрамович никогда, ни разу за время правления Путина ничего не высказывал против действующей власти. В своих немногочисленных интервью западной прессе на вопросы об отсутствии демократии в России Абрамович отвечал, что не считает, что при Путине страна стала менее свободной.

Он также поддержал и решение президента относительно отмены прямых выборов губернаторов, за что Владимир Владимирович подвергался жестким нападкам в иностранной прессе. «Это менее демократично, но так легче принимать решения и заниматься делом, — отмечал Абрамович. — Вы не тратите время на пустые разговоры».

Это лишь несколько примеров, на самом деле согласие Абрамович выражал полное и во всем. Не исключено, что в некоторых случаях ему приходилось и кривить душой, но наверняка по большей части он был искренен.

И уж кому как не Абрамовичу было рассчитывать на лояльность со стороны верхушки власти: не в свои дела не лез, где просили — помогал. Действительно, вначале все было абсолютно спокойно, как в старые добрые ельцинские времена.

Однако через некоторое время в офисе «Сибнефти» начались налоговые проверки. Обнаруживались, вполне стандартно, недостачи налогов и нарушения в работе с экспортными потоками, и хотя все это в итоге ничем не заканчивалось, удавалось договориться или замять все разногласия, но все же то были игры с огнем.

Даже самый лояльный власти олигарх не мог не задумываться, что вдруг однажды что-нибудь в системе не сработает и делу дадут полный ход. Над Абрамовичем тогда постоянно висел дамоклов меч, не дающий расслабиться, и не исключено, что именно это стало использоваться для влияния на него.

Власть в России явно стала диктовать свои условия. В свое время Абрамовичу даже пришлось побывать в роли «государева откупщика», когда его начали использовать в нужных государству делах.

В частности, это касается ОРТ и, возможно, ЮКОСа, хотя в роли Абрамовича в судьбе последней компании много неясного.

Впрочем, на определенном уровне, конечно, не до выбора: или соглашайся на то, что велят, или становись опальным или даже уголовно преследуемым олигархом. Но не для того Абрамович строил свою империю, чтобы вот так все разрушить, и, следовательно, нужно было делать то, что подразумевал принцип пресловутой «лояльности власти».

Если выбрана стратегия поддержки определенного курса, надо ее придерживаться при любых обстоятельствах
В смутные 90-е годы 49% акций ОРТ достались Березовскому. Однако не могло же новое правительство оставить этот стратегически важный объект в сомнительных руках...

Абрамовичу было поручено вернуть акции ОРТ в руки государства. Роман Аркадьевич свою миссию исполнил, пошел на контакт с уже беглым к тому времени Березовским и выкупил акции за $150 млн.

Впоследствии Березовский говорил, что на него надавили, сказав, что иначе и так все отнимут, а еще взамен акций пообещали выпустить из тюрьмы его товарища Николая Глушкова, однако обещание не сдержали.

Все вернулось на круги своя. Раньше Березовский сам действовал подобными методами, теперь же, оказавшись в шкуре своих бывших жертв, начал громогласно возмущаться и грозить судебными исками.

Вдобавок его возмутило, и не могло не возмутить, что посредником в этой сделке был Роман Абрамович, которому он тогда еще верил, но тот, как оказалось, уже действовал против своего старшего партнера.

Был ли у Абрамовича выбор и пришлось ли ему этими своими действиями совершать неприемлемые для себя поступки либо же он давно хотел поквитаться со своим «учителем», можно лишь догадываться.

Оказавшись в руках Абрамовича, некоторое время спустя эти акции ОРТ перешли к «Сбербанку», то есть фактически к государству. Говорят, что буквально на следующий день после передачи акций Абрамович был на аудиенции у Путина и вышел из кабинета расслабленным и довольным.

Считается ли это совпадением или нет, но вскоре после передачи акций ОРТ Абрамович получил доступ к экспортным потокам государственной «Славнефти». Нефть, добываемая этой компанией, отныне шла на экспорт исключительно через Runicom Абрамовича. Через некоторое время состоялся и аукцион по продаже 75% акций «Славнефти», которую, как мы помним, Абрамович получил на паях с ТНК практически по бросовой цене.

Однажды на прямой вопрос журналистов менеджерам компании «Славнефть», за что Абрамовичу достался такой выгодный контракт, был получен ответ: «Каждая компания, в том числе и государственная, должна пользоваться услугами нефтетрейдера. А Runicom — это рыночная компания с хорошими результатами, и почему бы „Славнефти“ с ней не работать?!» Никто и не затруднял себя какими-то там объяснениями с общественностью...

Разумеется, по деньгам это была несопоставимая сделка, Абрамович выиграл в разы больше, чем потратил на выкуп ОРТ. В год прибыль от экспорта «Славнефти» оценивалась в $700 млн., а по мере роста цен на нефть становилась все больше, но ценность такого стратегического объекта, как всероссийское телевидение, не измеряется лишь в деньгах. И кто же еще, кроме Романа Аркадьевича, смог бы так быстро и почти безболезненно вытянуть этот актив из Березовского? Вот и подарок за это Абрамович получил достойный.

За лояльность властям назначай достойную цену
Совсем иначе по масштабам и шуму выглядел следующий проект Кремля по изыманию объекта в государственные руки. Это, конечно, дело ЮКОСа.

Был ли Абрамович с самого начала привлечен к делу по отбору этой компании у ее владельца либо был задействован позже, когда все уже началось, история умалчивает. Сомнительно, что Роман Аркадьевич с самого начала слияния с ЮКОСом вынашивал планы по посадке Ходорковского за решетку и потоплению его империи. Ведь обвинения, предъявленные владельцу ЮКОСа, крайне близки тем, что можно было предъявить и Абрамовичу. Вряд ли Роман Аркадьевич стал бы ходить по лезвию ножа.

Ситуация скорее похожа на то, что Абрамович оказался вовлеченным в эту историю, но не был ее инициатором. «Это тревожит не только меня, — говорил Абрамович, когда неприятности у ЮКОСа только начались. — Это тревожит рынок, когда компания теряет 11% капитализации за один день. Еще более тревожно, что я ничего не могу с этим поделать. Я не принадлежу к кремлевскому истеблишменту, хотя никто в это не верит».

Итак, после ареста Ходорковского и еще нескольких топ-менеджеров компании по обвинению в уклонении от уплаты налогов произошло то, чего менеджеры ЮКОСа никак не ожидали. Абрамович и его команда собрали оставшихся после «зачистки» акционеров ЮКОСа и предложили им передать управление объединенной компанией «ЮКОС-Сибнефть» в руки менеджеров «Сибнефти». Разумеется, предложение преподносилось так, что менеджеры «Сибнефти» хотят помочь ЮКОСу в сложной ситуации.

Удивительно, но предложение это прозвучало буквально на следующий день после встречи Абрамовича с президентом страны. В ЮКОСе были уверены, что оно имело прямую политическую подоплеку.

Ходорковский через своего адвоката передал категорический отказ и таким образом дал государству повод для уничтожения компании.

Если бы Ходорковский принял предложение Абрамовича, крупнейшая нефтяная компания была бы в руках «своего» человека, а если бы отказался, что он и сделал, то государство само бы развалило компанию, начав процедуру банкротства. План был беспроигрышный в любом случае. Как для государства, так и для Абрамовича, он тоже не проиграл в итоге. Но об этом ниже.

Есть основания предположить, что Абрамович — не исключено, что с подачи Путина, — дал Ходорковскому шанс поправить судьбу, но Карфаген все же был повержен.

Почему Абрамович был согласен управлять компанией, на которой висели огромные налоговые недостачи, ясно: в случае, если бы к руководству «ЮКОС-Сибнефти» приступил он, с этими претензиями как-нибудь бы разобрались. По-видимому, он был в этом уверен. Любопытно, что незадолго до этого Михаил Ходорковский говорил об Абрамовиче: «Я его редко вижу, он по большей части находится в Англии. Но у нас одинаковые представления о бизнесе».

Если уж неприятности начались, надо подумать, как можно их использовать с максимальной выгодой для себя
Почему было решено потопить Ходорковского? На то имелось несколько видимых причин, но не исключено, что были и невидимые. Объединившись с «Сибнефтью», Ходорковский создал бы одну из крупнейших нефтяных компаний мира и первую по величине в России, а затем перепродал бы ее иностранцам. При этом сам он не скрывал, что имеет виды и на президентское кресло. Обладая огромными деньгами и возможностями, он представлял бы реальную угрозу, что не могло понравиться Кремлю, у которого боязнь утратить власть слишком велика (читай — у нас не приветствуется конкуренция, как в политической сфере, так и в экономической).

В своем интервью, данном уже из мест заключения, Ходорковский скажет, что в окружении президента Путина есть группа влиятельных лиц, которая мешает развитию демократии в стране и хочет видеть общество якобы лучше устроенным.

По его словам, если правоохранительные органы приобретут уверенность в том, что им все позволено, то страна будет развиваться по образцу латиноамериканских государств. Если же гражданское общество покажет, что умеет защищать себя, то возврат к тоталитаризму станет невозможным.

«В президентской администрации и среди высшей бюрократии нашей страны есть люди, которые не хотят, чтобы в России были такие большие и независимые компании. Но ведь только так может вырасти гражданское общество, которым нельзя управлять как армейской колонной», — сказал г-н Ходорковский в том же интервью.

Да, у него были свои взгляды, но и у Абрамовича были свои, и в тот момент, поддерживая действующих правителей, последний оказался сильнее. А Ходорковский оказался против тех людей, которые считали, что незачем стране крепнущая оппозиция, хотя это, конечно, действительно философский вопрос, нужна ли она нам. Стоит взглянуть хотя бы на братскую Украину, чтобы представить, что у нас может случиться, будь в стране две крупные политические силы.

Что произошло после отказа Ходорковского отдать свою компанию в управление Абрамовичу, уже описано выше. В конце 2003 года «Сибнефть» объявила о том, что расторгает сделку по слиянию.

В мировой деловой практике «кидание» партнера как только у того начинаются неприятности, мягко говоря, не приветствуется. Так что позиция Абрамовича в той истории, конечно, явно незавидная, он подмочил свою деловую репутацию (разумеется, позиция Ходорковского еще менее завидная, но не о нем речь). Но был ли у него выбор?

Кто-то, возможно, и пошел бы на конфронтацию, но Роман Аркадьевич по складу другой: меньше конфликтов, больше дел. А в тот же день, когда о расторжении сделки по слиянию «Сибнефти» и ЮКОСа было объявлено широкой общественности, замминистра МВД заявил: «У нас нет данных, что свои капиталы Абрамович нажил нечестным путем».

Таким образом Романа Аркадьевича громогласно поощрили за то, что тот правильно себя повел.

Кстати, покупка Абрамовичем «Челси» и его погружение в мир футбола в середине 2003 года здорово отвлекли внимание широкой общественности от всей этой мутной истории. Похоже, что приобретение «Челси», помимо целей, о которых будет идти речь ниже, было направлено на то, чтобы отвлечь, перебить факт участия, пусть и неочевидного, в судьбе ЮКОСа и Ходорковского.

Конформизм — качество, конечно, сильное, но стыдное, а потому требующее прикрытия
ЮКОС остался своего рода прецедентом, после которого историй подобного масштаба больше не было.

Более того, последовало публичное заявление о том, что итоги приватизации пересматриваться не будут.

Многие представители крупного бизнеса вздохнули тогда с облегчением.

«Разгромить десяток российских олигархов, отобрать у них весь бизнес — дело нехитрое, — рассуждал в тот момент один федеральный чиновник. — Народу точно понравится: если верить опросам, 77% россиян одобряют действия властей против ЮКОСа. Одобряют, потому что не хотят думать. А думать пора, потому что разгром олигархов ударит по шкурным интересам миллионов россиян, которые лишатся прилично оплачиваемой работы».

Да, тот, 2003 год был по-настоящему сложным в смысле взаимоотношений крупных бизнесменов и власти. Но в итоге все же удалось прийти к некоторому согласию. На знаменитом собрании представителей крупного бизнеса и власти 11 июля 2003 года президент Путин заявил, что общество, разбитое на мелкие группировки по интересам, не способно сплотиться для решения глобальных задач, а также фактически предложил разложить ответственность за происходящее в стране на ее политическую и экономическую верхушку. Ну и предостерег крупных бизнесменов от вмешательства в политику.

Что же до Абрамовича, то он даже не был приглашен на знаменитый съезд, его лояльность власти была делом само собой разумеющимся. Он давно уже играл по требуемым правилам. Абрамович стал для Кремля своим человеком в крупном бизнесе, на которого в любой момент можно было рассчитывать, и от этого стал практически «неприкасаемым», по крайней мере в обозримом времени.

Эта его особенность по возможности находить со всеми мирные и компромиссные решения сделала Абрамовича человеком незаменимым, он всегда держался «при дворе», чтобы в любой момент быть призванным на службу. Подобными людьми просто так не разбрасываются.

Стоит отметить также и тот факт, что Абрамович был бескомпромиссен по отношению только к тем партнерам, которые на тот момент были в оппозиции к действующей власти. Обратите внимание, что речь идет только об оппозиционерах, а не о тех, кто был в немилости или ссоре с отдельными представителями власти. То есть он не был киллером и палачом, а был скорее «санитаром леса». С тем же Дерипаской они разошлись мирно и по обоюдному согласию. Это всего лишь очередная деталь, показывающая, что он никогда не шел против властных настроений, только лишь в ногу. Причем нельзя даже назвать его оголтелым лизоблюдом, нет, скорее всего, Абрамович настолько умен, что умеет делиться и смиряться.

Есть этическая грань, которую нельзя переходить, чтобы не прослыть душегубом
Объясним, почему Абрамович все равно в итоге не проиграл бы в той истории с ЮКОСом, несмотря даже на то, что ему не отдали компанию в управление. Это очередная иллюстрация, позволяющая судить, как тесно рука об руку шли тогда Абрамович и Кремль.

Итак, за налоговой проверкой в «Сибнефти» образца 2004 года, о которой трубили все телеканалы, когда все уже мысленно поспешили упрятать Абрамовича за решетку, на самом деле было упущено одно обстоятельство: «Сибнефть» выиграла иск к Федеральной комиссии по рынку ценных бумаг (ФКЦБ) о признании недействительной дополнительной эмиссии акций ЮКОСа.

Благодаря этому решению суда контрольный пакет акций «Сибнефти» вернулся к Абрамовичу, а $3 млрд, полученные им от ЮКОСа за сделку, никто возвращать не торопился.

Таким образом, налоговая проверка служила скорее отвлекающим маневром (осознанно или нет), чтобы поменьше говорили о возвращении «Сибнефти» к своему владельцу в целости и сохранности, да еще и с приличным бонусом. Вряд ли, конечно, те деньги достались Абрамовичу, скорее всего их пришлось отдать нужным людям.

Но, конечно, Абрамович не мог не думать о том, что, неровен час, и он может оказаться на месте Ходорковского. Его напрягала и постоянная вовлеченность в кремлевские интриги, да и врагов от этого становилось все больше (а на безопасности Абрамович просто помешан). К тому же от крупного бизнеса все чаще требовали отказаться от формально законных схем ухода от налогообложения. Абрамович начал тяготиться своим бизнесом в России.

После истории с ЮКОСом он ускорил распродажу своего российского бизнеса, что также косвенно подтверждает последнее предположение.

Разумеется, сам Роман не моргнув глазом утверждал и утверждает, что остается гражданином своей страны и строить свои дела будет исключительно на родине, заявляя при этом, что не собирается вести бизнес вне России, ведь здесь он провел большую часть жизни, и ему нравится в Москве.

Относительно же президента Путина и его борьбы с неправедными олигархами он тогда говорил, что его устраивает внутренняя политика Владимира Владимировича, и отрицал наличие проблем с властями словами: «Я законопослушный гражданин».

На вопрос о ЮКОСе и Ходорковском Абрамович в интервью ответил: «Теоретически со мной это тоже может произойти. Но я стараюсь этого избегать. Чтобы такие дела готовились против всех — это невозможно. Одного или другого могут время от времени „привлекать к ответственности“. Но не всех же сразу». Среди своих коллег и в прессе он тогда прослыл аккуратным инвестором, хорошо чувствующим, когда нужно уйти.

Умение вовремя уйти — великий дар
Не стоит забывать, что, хотя мы и говорим об отстраненности Абрамовича от власти, он все же остается председателем Чукотской Думы и был депутатом Госдумы и губернатором Чукотки. Однако и то и другое происходило не совсем по его инициативе. Вначале его уговорил Березовский, приводя аргументы, что официальный государственный статус нужен, чтобы «заходить в Кремль с главного входа, а не с черного».

Да и с точки зрения безопасности так было лучше, ведь уголовно преследовать госчиновника не каждый решится.

Кстати, один депутат, сидевший рядом с Абрамовичем в Госдуме, рассказывал: «Депутат-миллиардер был самым незаметным в нижней палате. Не выступал практически ни разу. Ни с кем не спорил. Скромно присутствовал, слушал, запоминал, анализировал, бесшумно покидал зал заседаний...»

Вслед за депутатством было губернаторство, однако к реальной власти, то есть к политике как таковой, как призванию и назначению, это имеет мало отношения, ведь Абрамович не претендовал потом на какие-либо важные посты. А второй срок губернаторства — это вообще фактически благотворительный акт, случившийся под давлением президента страны.

Кстати, недавно, в конце 2008 года, далекий Чукотский край посетил новый президент Дмитрий Медведев. В поездке его сопровождал Роман Абрамович, несмотря на то что уже снял с себя губернаторские полномочия. На вопрос журналистов, в каком качестве он это делает, Роман Аркадьевич отвечал: «В качестве себя». Дмитрий Медведев много улыбался, поговаривая: «Роман Аркадьевич, вас опять все тут хвалят!», из чего можно сделать вывод, что преемственность Медведева состоит не только в продолжении курса России, намеченного Путиным, но и в поддержании аналогичных путинским отношений с дружественными Кремлю олигархами.

«Президент! Не обижай Абрамовича!» — донеслось однажды из толпы, сопровождающей Медведева в ходе его визита. Но в этом можно почти не сомневаться, все у Абрамовича будет хорошо, как говорится, лишь бы не было войны.

Говорят, что последовать примеру Абрамовича и стать губернатором Камчатского края вознамерился Виктор Вексельберг. Однако превратить в тенденцию «казус Абрамовича», когда во главе региона становится крупный бизнесмен, правительство пока так и не решилось.

Если тебя копируют, твоему примеру хотят следовать — это ли не признак большого успеха в жизни?


  • 1
  • 1
?

Log in